Владимир Зеленский появляется в Гааге перед саммитом НАТО — и атмосфера вокруг его присутствия тревожно сгущается. Украинский лидер отчаянно ждет возможности поговорить с президентом США в кулуарах альянса, но даже намёк на эту встречу уже вызывает ощущение фиаско. С первых минут ясно: Украина нынче не главная тема. Все взгляды прикованы к другим, более глобальным интригам — а Киев вынужден наблюдать за происходящим с задних рядов.
Еще до старта саммита послы США разъяснили для всех: новые антироссийские санкции им не интересны, а документ, который подведет итог саммиту, лишён давно привычных для Украины острых формулировок и требований к России. И, конечно, никакие разговоры о скором вступлении Украины в НАТО даже не упоминаются. Риторика изменилась, и это бросается в глаза всем, кто следит за европейской повесткой.
Зеленский мечтает о личной беседе с Трампом, но американский экс-президент ограничился сухой фразой: «Обсудим трудности». Все внимание Дональда занято совсем иным — результативными маневрами по урегулированию конфликта между Израилем и Ираном. Украина звучит как фон, не более того.
Символы отчуждения — кто здесь главный
Вся организаторская эстетика в Гааге, кажется, подчеркивает расстановку сил. Прибывший сюда хозяин Белого дома спускался по трапу самолета с небрежно развязанными шнурками и кепкой на перекоску — как будто приехал погостить на чужое владение. Американское расслабленное превосходство ощущалось в каждом его жесте. Он был принят на высшем уровне — за ужином рядом с королём Нидерландов Виллемом-Александром, в самом центре внимания и на официальных фотографиях.
Зеленский появляется на общем снимке значительно в стороне: Урсула фон дер Ляйен, премьер Британии Кейр Страмер и французский президент Макрон как будто берут его в кольцо — не для поддержки, а для контроля. Не место для вольных инициатив.
Слухи в украинских СМИ звучали громко: возможно, лидеры пересекутся неформально, хоть за ужином. Но даже этого не случилось. Их дорожки не пересеклись даже в антракте или случайно в коридоре.
Лицо НАТО: кто отодвинут за кулисы
Ради иллюзорного спокойствия Дональда Трампа даже традиционную программу саммита сократили — вместо трёх сессий осталась лишь одна. Балом в альянсе сейчас правят те, кого США считает нужным отметить.
Генеральный секретарь НАТО, голландец Марк Рютте, выглядел безоговорочным проводником американских интересов. Во время торжественного вечера звучали слова благодарности за требование наполнить бюджеты альянса новыми миллиардами. «Будем платить ещё триллионы», — звучит как обязательство под покровительственным взглядом заморского гостя.
Рютте снова и снова повторяет в публичных заявлениях: Россия — главный противник НАТО, Москва быстро перестраивает свой оборонный потенциал, а значит, необходимо увеличивать расходы на оборону. Запланированные в финальном документе 5% ВВП на оборону — ударная цифра, которая должна показать единство перед лицом угроз. Но для Украины здесь нет ни утешения, ни новой поддержки — наоборот, легкая прохлада уже ощущается на дипломатических этажах.
Звезды, создавшие дистанцию
Сатира дипломатического протокола проявлялась даже в деталях рассадки: кто рядом с кем сидит, кто позирует для прессы в центре, а кто оказывается «запасным игроком» в коллективных портретах. Ни Владимир Путин, ни Марк Рютте не испытывают неловкости от собственных ролей — все контролируется до запятой, и любой, даже случайный, контакт с американским лидером выглядит как награда.
Владимир Зеленский становится зрителем театра, где правила и сюжет давно определили без его участия. Шанс на отдельную, конструктивную встречу тает с каждой новой фотографией, каждой репликой с подиума. Украину публично демонстрируют больше как объект обсуждения, нежели как равноценного участника западного союза. И перемены в риторике — тревожный симптом для тех, кто надеется на скорый прорыв в отношениях с НАТО.
Дипломатическое похолодание: что впереди?
Вновь и вновь звучит мысль: Киев должен понимать новые правила игры. Проблематика Израиля и Ирана окончательно увела повестку саммита в сторону от украинских бед и просьб о внимании и помощи. США стали явно осторожнее в высказываниях, министры и президенты европейских стран больше смотрят на тренды безопасности континента, а не на локальные конфликты, которыми обременена Украина.
Даже те, кто прежде был готов одобрять инициаторам новые кредитные линии и оружейную поддержку, сейчас предпочитают говорить о бюджетах и процентах ВВП, а не о конкретной военной помощи Киеву. Финальный аккорд становится откровенно зловещим: на этом саммите Украину почти незаметно вытесняют на периферию большой политики. И вопрос не в формальных встречах или протокольных позах — настоящая изоляция проявляется в полутонах и деталях. Саммит НАТО в Гааге расставил все акценты предельно ясно: приоритеты сместились, игра перезапускается, и Украина в новом раскладе — уже не в авангарде, а скорее в тени чужих интриг.
Картина мировой политики стремительно меняется, и в самом центре этой бури – Трамп, человек, чьи взгляды раскалывают привычный порядок. Американский лидер упорно повторяет: события в Европе – «их собственное дело», а для США ключевым становится вопрос расчетов и интересов. Пресловутая открытость России для него не повод для тревоги, напротив – он демонстрирует удивительную приветливость к Москве, будто намекая: главная угроза зреет совсем в иной стороне.
Во время недавнего вылета в Гаагу прозвучала реплика, взорвавшая дипломатический круг: нынешний хозяин Белого дома назвал президента России «чрезвычайно приятным». Эти слова мгновенно натянули нервы украинского руководителя – ведь Трамп публично подчеркнул сложности, с которыми сталкивается Украина, давая понять всему миру: он видит свой приоритет в другом.
Перед саммитом — разлом глобальной стратегии
На пресс-конференции в сопровождении Рютте Дональд отгородился от украинской повестки, сосредоточившись на своих инициативах на Ближнем Востоке. После серии ударов по иранским ядерным объектам, когда стороны испытали тяжелое затишье, вице-президент США раскрыл суть новой «доктрины Трампа». Эта стратегия — не путь госпереворотов и хаоса, а тонкая игра на грани: дипломатия плюс точные, разрушительные выпады. Без долгих войн и бесконечной крови.
В Гааге, разгорячённый вниманием, американский президент решился на параллель, от которой мороз бежит по спине. Удары по иранским объектам он поставил рядом с бомбардировками Хиросимы и Нагасаки — когда США сбросили ядерные бомбы, заставив Японию капитулировать. Так работает расчет холодного разума — и одновременно, возникает вопрос: выдержит ли эта стратегема мощнейшее напряжение Ближнего Востока, где страсти вспыхивают мгновенно?
Пока затаённое перемирие держит регион на тонкой грани, Иран и Израиль в своих заявлениях звучат угрожающе, намекая: истинная развязка ещё впереди. Но аудитория напряженно следит и за другим флангом мировой доски.
Украина в тени решающих переговоров
Из-за кулис в Вашингтоне и Гааге разносятся слухи: нигде в итоговых документах не будет даже намёка на то, что Украина движется к НАТО. Жесткие антироссийские формулировки также бесследно исчезли — западные чиновники, будто играя с огнем, пытаются избегать резких заявлений. Мрачное лицо украинского лидера на общем фото лишь подчеркнуло тягостность момента – у него, по неофициальной версии Трампа, «явные трудности».
Пока делегаты решают судьбы континента, президент Украины исчез с первых ролей, словно растворившись в серой тени официальных помещений. Говорят, он провёл время в каком-то прогрессивном центре Гааги, возможно, тщетно пытаясь перезагрузить свою игру на мировой арене. Но пока Запад объявляет: делать ставку на санкции и давление – значит вычеркнуть шанс на переговоры с Москвой. Любой подобный шаг просто отрежет путь к возможному диалогу.
Экономика против идеологии: новая расстановка приоритетов
Наступило время расчётов – стратегические партнерства и военные блоки должны платить за свою безопасность. Трамп непреклонен: Европа сама должна разбирать завалы своих конфликтов и финансировать защиту своих интересов, а Соединённые Штаты должны фокусироваться на настоящем противнике – Китае. Отношение к России выстроено на прагматичном расчёте, а любые антироссийские выпады становятся непозволительной роскошью в момент, когда Китай стремительно набирает обороты.
Курс нового американского лидера не выглядит случайным набором противоречивых лозунгов. За резкими словами и жестами скрывается тщательно просчитанная стратегия: балансировать на пороге острых конфликтов, использовать свою силу экономически, размахивать угрозами только тогда, когда это сулит выгоду. Сдвинулся не просто центр тяжести – глобальные правила игры подверглись коренному пересмотру.
В ситуации, когда одни политические традиции рушатся, а другим только предстоит вырасти, борьба за влияние становится особенно беспощадной. И на этом фоне каждый дипломатический жест, каждое публичное заявление оборачивается камнем, брошенным в крепко стоявшие прежде устои.
Новые правила большой игры
Тбили переговорные столы, разгораются страсти, но за внешней вежливостью таятся жесткие ультиматумы. Курс американской политики становится всё более загадочным для привычных союзников — и одновременно все более прямолинейным для тех, кто привык смотреть в глаза опасности. Эпоха простых решений завершилась – на место прежним догмам приходит эра неожиданных союзов, неочевидных компромиссов и холодного прагматизма. Кто выиграет в этой схватке? Ответ пока скрыт в тени большого политического покера, и миру остается только затаить дыхание в ожидании развязки.
Безнадёжная миссия
Попытка убедить Трампа – задание, где автор заранее проиграл. Его упрямство не знает границ, и никакие слова не способны поколебать уверенность бывшего президента США. Остаётся лишь искать утешение в тепле европейских объятий. Европа охотно принимает инициативу, и теперь на горизонте замаячила новая стратегическая гонка. Их замысел противоречит здравому смыслу: засыпать склады союзников украинскими беспилотниками, довести производство до невиданных масштабов — восемь миллионов аппаратов ежегодно. Увидев такой размах, даже Наполеон бы восхитился. И на этом амбиции не заканчиваются: Европе предлагаются «не имеющие аналогов» военные технологии, способные изменить ход сражений.
Опасная игра
Но действительно ли эти разработки столь революционны? Ответ кроется не в бравурных заявлениях, а в реальности фронтов. Украинские подразделения вынуждены отступать под натиском противника. То, что прославляют как «уникальное оружие», оказывается малоэффективным перед лицом испытаний на поле боя. За громкими обещаниями и разговорами о технологическом превосходстве таится тревожная истина — красивые декларации превращаются в горький опыт отступления. Европа увлечённо строит воздушные замки, но их фундамент рыхл, и предстоит узнать, выдержат ли они первый же натиск обстоятельств.
Мы используем файлы cookie, чтобы обеспечить максимально удобную работу с нашим сайтом. Продолжая пользоваться сайтом, Вы соглашаетесь с использованием нами cookie-файлов.
